Сергей Пурбуев – один из самых известных поэтов Бурятии 80-х

Сергей Пурбуев – один из самых известных молодых поэтов 80-х, тот случай, когда о человеке можно сказать «Поэт от Бога»
Прочитав статью о себе на нашем сайте, Сергей прислал нам стихи, которые по нашей просьбе восстановил в памяти и напечатал.  
Сергей Пурбуев (род. 1961 г.)

Сергей Пурбуев – один из самых известных молодых поэтов 80-х, тот случай, когда о человеке можно сказать «Поэт от Бога». Это очень тонкий, нежный и чувствительный автор и человек. Его стихи свежи и прозрачны, как летний вечер после дождя. Когда Сергей исполнял свои стихи, в зале не оставалось ни одного равнодушного человека. В начале 90-х годов Сергей стал кришнаитом и, к сожалению, так и не издал ни одной своей книжки. Сейчас он живет в Москве и успешно занимается бизнесом.
 
                               Алханай.

Облака бесконечную высь приближают как-будто,
где порою во сне и в мечтах совершаем полёт.
Небосвод лазуреет заоблачной дымкой окутан,
тишину нарушая рассвет из-за сопок встаёт.

Моих братьев, сестёр среди степи живущих обширной,
необычность тая алханайские горы зовут.
Освещённые солнцем отроги ведут на вершины
к многоликому Будде, а может быть к множеству будд….

«Я боюсь, что душа после смерти в собаке родится,» —
говорила при жизни любимая бабка моя.
А сама — над горами, приветствуя, кружится птицей,
как руками — крылами к себе мою душу маня.

Алханай! Моё детство, приволье, озоновый воздух,
исцелитель-родон в родниках от болезни любой.
Первый друг — бурундук, а зимою — тулуп не по росту…
Через годы нас память ведёт незабвенной тропой.

Моя осень — души седина — далека, как зарница,
в предосенние ночи созревших хлебов.
И живу я на свете чтоб видеть знакомые лица,
как вангоговский Сеятель сеять повсюду любовь.

Алханай! Как прекрасны твои неземные узоры!
На рельефе земли выступаешь главою окрест!
Я с тобою встречаю степные даурские зори.
Величавый, Ты родины малой моей Эверест.
 

                Хас(Элегия).

На кресте-перекрёстке судьбинной дороги
Млечный Путь потревожил я в теле твоём.
Хоть и есть во вселенной другие остроги,
осуждён я с тобой на земное житьё.
Я не верю теперь в чудеса-превращенья,
а хочу лишь смотреть на родные места,
и с тобою идти по стремнине вращенья
человеческих судеб — за шлейфом креста…
Пусть плывут облака молока в твоём теле
под степные протяжные песни богов…
И я тоже спою о печальном уделе,
окрылённый цепями острожных оков.

         Учительнице-практикантке.


Один только вечер случайный
вы мне подарили шутя.
И месяц с улыбкой прощальной
оставил мне грусти дитя.
Растёт оно сказочно быстро
и дни, и часы торопя…
А я не такой уж речистый,
тем более возле тебя.
«Я знаю — вы судите строго,-
скажу я тебе или вам, —
что я избегал тех уроков
где учатся шустрым словам.»
Коснуться я вас не решаясь
испытывал свой глазомер
на звёздах, себя сокрушая,
как с девочкой — пионер.
На низеньком вашем крылечке,
случайно, в стихии стихий,
вы мне подарили тот вечер,
а я — что могу — стихи.

                    +++


По городу едет троллейбус,
а в нём пассажиры, как ребус,
и можно составить рассказ
из разных коротеньких фраз.
Мужчина и женщина рядом
стояли со мною,
                              и атом
в их душах готов был взорваться,-
я сердцем почувствовал, братцы.

-«А там — магазин за углом», —
она улыбнулась тепло…
-«Я там покупал цветы,
красивые, как и ты…»
Он обнял её за плечи…
Я больше не слышал их речи.
Соседи, стоявшие рядом,
в окно провожали их взглядом.
По городу едет троллейбус,
а в нём пассажиры — как ребус,
и можно составить рассказ
из разных коротеньких фраз…




Будет снег идти и идти…
          Целый день на твоём пути,
Будет снег идти перед сном,
          В Вечной Вечности за окном.

Будет снег идти и идти…
         И с ним тебе по пути,
В тишине прошептав: «Прости…»
         Ты на белом снегу не следи…
Будет снег идти и идти…

Это умерли облака
        И века уплывут в века,
И их в лоно своё возьмёт
         Вечного сна полёт…
                             
                х х х
 
 

                                                            Б. Е. А.


Дождинкой, рождённой в пространстве Вселенной,
Летала привольно вне времени ты.
Но месяцем ласковым довожделенная, —
Румяной дождинкой упала  в цветы.
Сегодняшний день – эта милая небыль –
Затянет глаза пеленой впереди…
За полем цветистым – бескрайним, как небо,
Дождиную песню затянут дожди.    
                              
 
                        х х х
 


Над землею проносятся дикие кони-столетья
И вздымают с вершин – за собою – слежавшийся снег.
Я живу в ожидании хлесткого выпада плети,
Рассекающей воздух и время в пространстве — на век.
Я – наездник, стремящийся ввысь – в неземные просторы,
И взлетевшая пыль моих дум не осядет на наст.
Ну, а ветер, колышущий тихо оконные шторы
И заполнивший воздух степей, никогда не предаст.
Но копытами дней разбиваются в бешеном беге
Мои мысли-мечты на желания маленьких дел.
Только в родине черпать мне дух богатырский навеки!
Только снег моей родины знает в пространстве предел!
Облака – издалека – из времени снов прилетели,
Разрывает поводья неистовый конь в табуне…
И взметнется над миром вселенское пламя метели,
И вернется на родину таять всезнающий снег.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *